Свое не пахнет: навернул — защищай

Свое не пахнет: навернул — защищай

На проводе город Таллинн (sic!), здравствуйте. Люди резко реагируют на критику того, что им нравится, замечали? Особенно, когда речь идет о произведениях искусства и области субъективного восприятия в целом. Более того, они точно так же остро реагируют на похвалу того, что им не нравится. За время своей деятельности на почве игровой публицистики здесь, на iXBT, и раньше, на StopGame, я собрал некоторое количество примеров, которые на поверку оказываются вовсе не частными случаями. Любая критика так или иначе собирает вокруг себя людей, которые с тобой не согласны вот просто потому что. А почему? Сами они ответить не в состоянии. Зато я, кажется, знаю ответ.

Для начала разграничим понятия «критика» и «доктор, у меня, кажется, %опа горит». Критика — это анализ произведения с вычленением идей, которые оно доносит, и ходов, которые использует. Словосочетание «конструктивная критика» — это тавтология и, быть может, некоторая речевая избыточность, поскольку любой индивид чуть умнее столешницы способен вывести из критики конструктивный посыл — то, что ему нужно исправить в своем произведении, чтобы сделать его лучше. Любая критика конструктивна по определению. И вот тут среднестатистический анацефал возразит: «Так чего вы жалуетесь-то? В комментариях тоже критика».

Нет. В комментариях может быть и критика тоже, но по большей части это «доктор, у меня, кажется, %опа горит». Хейт, проще говоря. Хейт или спор ради спора отличается от критики следующими характерными признаками:
1. отсутствие аргументации или контр-аргументации тезисов как таковой;
2. апелляция к субъективному;
3. апелляция к личности автора.

Подобные комментарии пишут только ради того, чтобы выразить резкое несогласие с позицией автора, обоснованное примерно ничем — личными впечатлениями, например. Повторюсь, это спор ради спора. Собственно, как правильно подмечают многие разумные люди, с точки зрения маркетинга действительно нет разницы, хейтер ты или фанат — с тем лишь отличием, что заставить фаната оставить комментарий гораздо сложнее, чем хейтера.

Рассмотрим абстрактный пример: некий автор в сети в том или ином виде публикует критику на некое произведение, называя его плохим по ряду причин. В случае достаточно широкого охвата аудитории, в течение ближайшего времени в обсуждении появляется ряд персонажей, заявляющих, в лучшем случае, что произведения искусства вообще критиковать нельзя, потому что каждому свое, и вообще все субъективно. Об ущербности этой позиции, кстати, будет следующая статья. В случае более поздних стадий повреждения мозга может встретиться и комментарий, в котором будут приведены тупо противоположные высказанным тезисы. Типа «геймплей не плохой, а хороший» или «сюжет не тупой и поверхностный, а глубокий и умный» — список продолжите сами. Другая вариация этого же типа людей может заявить что-то вроде «ну и что, что геймплей плохой, зато сюжет глубокий и умный».

Для тех, кто недополучил в детстве витамина D, поясню: это тезисы. Тезисы нужно аргументировать, подкрепить фактами и примерами, в некоторых случаях — логическими цепочками. Если же говорить о последнем примере, нужно так же доказать, что для обсуждаемой игры сюжет важнее, чем геймплей. Иначе из чего вытекает, что плохой геймплей — это «ну и что?», а глубокий и умный сюжет — «зато»?

Рассуждая о причинах такой реакции легко скатиться в идеализм и сослаться на дурной вкус массового потребителя. Дескать, они и есть тот «пипл», который «хавает». Но мы так делать не будем. Вместо этого обратим внимание на смежное, пусть и не вполне идентичное явление, имеющее, однако, тот же корень. Я зову его феноменом ньюфага.

Феномен ньюфага таков: нюфагов не любят. Для ньфагов от интернет-сленга, поясню: термин «ньюфаг» означает человека, недавно пришедшего в фандом, т.е., в тусовку почитателей какого-либо произведения или франшизы. И не любят их за то, что, называя себя фанатами энного произведения, они, ввиду пока еще только поверхностного знакомства с сеттингом, не знают о нем вообще ничего. Кроме того, новые произведения — и дело тут не в зеленой траве, о которой в мои двадцать лет говорить рановато, а в объективной реальности — зачастую оказываются шлаком. Единственный пример обратного, который я могу назвать, вообще с играми не связан — это четвертый Mad Max. И если среди фанатов книжных серий такого не наблюдается потому, что для начитанного человека вообще без разницы, когда было написано произведение, то в сфере игр и, иногда, кино — взять хоть сиквел «Бегущего по лезвию» — с ньюфагами все плохо. Объясню на максимально рельефном примере.

Многие из современных «фанатов» Ведьмака узнали об этом мире и сеттинге только из сериала: книги были давно и неправда, об играх до третьей части знали мало, а и с выходом третьей части узнали об игровой серии массово только всякие гики и нерды. Аудитория сериалов по большей части с игровой не пересекается — хотя бы и потому, что и то, и другое требует много времени на включение и погружение, а время — ресурс ограниченный.

И вот человек, вскормленный современными сериалами, в частности от Netflix, узнает о Ведьмаке. И он ему ввиду тех или иных причин заходит. Опять хочется сказать о дурном вкусе масс, но надо понимать, что усредненный продукт любой индустрии — довольно посредственная серая жвачка. О скольких сериалах от HBO вы слышали за пределами пяти самых известных тайтлов? Просто перечислите: «Рим», «Во все тяжкие», «Игра Престолов», «Секс в большом городе», «Прослушка»… Все. С Netflix’ом картина такая же. Нет, конечно, фанаты назовут мне с десяток заглавий, и кое-какие я даже узнаю — Черное зеркало или Карточный домик, например — но в остальном, массу подписочного сервиса Netflix формирует такой же среднесортный жмых, что и, например, игры-наполнители сервиса Xbox Game Pass.

И тут фанату сериалов на глаза попадается нечто, что определенно обладает рядом цепляющих элементов. Справедливости ради, ни один из них не является заслугой и достоинством сериала — только пана Сапковского и CD Project Red (а сериалоделы натырили визуала из игр, в первую очередь по части монстров). Но это, опять же, скорее показатель халтуры, поскольку вместо переосмысления доспехов Нильфгаарда, внешности героев всех планов и просто идиотских сюжетных ходов, могли бы покопаться в первоисточниках и переосмыслить довольно спорно показанную в играх внешность тех же кикимор. Одну из которых Сапковский упоминает — но почти не описывает — в рассказе «Меньшее зло». И которая предстает в сериале в виде все того же инсектоида, что и в игре.

Так вот, видя нечто, что цепляет зрителя на фоне серой массы сериалов без каких-либо выделяющихся черт — а тут еще и экшон какой-никакой, бюджет получше многих, спецэффектики и вообще попытка в эпик — зритель проникается к этому нечто теплыми чувствами. И вот он приходит в сообщество, считая себя фанатом. И внезапно обнаруживает, что старые фанаты, чувства которых Netflix послал на… — сериалом недовольны. И не только потому, что канон отправился туда же, за фанатами, но и потому, что с точки зрения художественного произведения сериал не тянет от слова «совсем» — тут можете послушать разбор от персонажа по имени Plague Doctor, я же в это лезть не буду.

Закономерно недовольны они и человеком, который, называя себя фанатом «Ведьмака», сериал почему-то хвалит. Новичку, таким образом, достается сразу и за себя, и за создателей сериала. Короче говоря, начинается срач.
Новичок не пойдет играть в игры или читать книги — это непривычный для него досуг, за который, к тому же, на Западе, в частности, принято платить деньги — там за пиратство можно схлопотать. Тем более, что читать там вообще не особо принято — хоть бы и гляньте статистику, в 2018 году Штаты даже в первую десятку не вошли.

Потребленческое общественное бытие сформировало паттерн в общественном сознании: «Ты то, что ты потребляешь». Товарный фетишизм, статусное потребление — все это результат общественных отношений, отразившихся и на каждом в отдельности. Человек, выросший в таком обществе, неспособен отделить критику того, что он потребляет, от критики себя самого. Лично я наблюдал это под статьей о Bioshock Infinite, комментаторы которой умудрялись находить абсолютно противоположные причины тому, почему мне игра не зашла. Вообще никак не обращая внимания на мое объяснение в тексте — потому что из текста следовало, что игра объективно плохая, а этого допустить нельзя. Ведь если допустить, что игра объективно плохая, сформировавшийся паттерн тут же сообщит, что плохой и ты, раз она тебе нравится.

И вот, сталкиваясь с критикой сериала, сдобренной желчью и в адрес него самого, наш новичок-потребитель проецирует эту критику на себя. В рамках формальной логики выхода ровно два: говорить о зеленой траве и о том, что плохи игры и книги, но никак не сериал, либо сослаться на «это всего лишь твое мнение» — иначе придется признать себя несостоятельным. Повторюсь, о том, куда и почему следует затолкать апелляцию к личному мнению, я расскажу в следующей статье.

Поэтому ньюфагов не любят: они, цепляясь за то, что увидели первым, приходят в фандом, где, сталкиваясь с критикой от старых фанатов, в худшем случае начинают отстаивать самоценность нового и его превосходство над старым, в лучшем же случае выдают перлы типа «Геральт из The Witcher». Вникнуть же глубже в лор им мешает другой язык подачи материала, использовавшийся в предыдущих произведениях франшизы: даже между старыми фанатами Ведьмака и теми, кто набежал после Дикой Охоты, были разногласия, что уж тут говорить о тех, кто пришел с выходом сериала. 

Не надо думать, что это работает только с экранизациями: посмотрите на фанатов серии TES. С момента выхода четвертой номерной части и по сей день не утихают споры между фанатами Morrowind, Oblivion и Skyrim — и они до сих пор не договорились о том, какая часть лучшая, хотя для вынесения подобной оценки есть ряд объективных критериев и методик. А все потому, что новые фанаты не пойдут играть в Morrowind или даже Oblivion: первая слишком сложная, во второй кривые рожи, а в целом это просто непривычный для них язык повествования, им сложно принять старую графику и механики. Старые же фанаты ни за что не уступят новым потому, что принадлежность к «олдам» дает им статус, делает их элитой среди общих масс. Словом, жаль, что поклонники The Elder Scrolls: Arena не дожили.

Дело тут в упомянутом выше товарном фетишизме. Эту концепцию выразил один немецкий философ и экономист в XIX веке в своем главном труде. Он определил это явление как наделение товара покупателем несвойственными ему качествами. Наделяя товар ценностью, субъективным качеством, человек так же возлагает на него некие ожидания, некие последствия от его покупки, оправдывая цену товара, убеждая себя, что товар стоит даже больше, чем за него просит продавец. Современный маркетинг тому подтверждение: как давно реклама перестала нам сообщать об объективных качествах того или иного товара, делая ставку на некий статусный, духовный или любой другой нематериальный профит от его использования? «Когда папа подарит Инфинити…»

Этим же объясняются невменяемые ценники за абстрактную мазню современных художников, интеллектуальный онанизм артхаусных кинофильмов и мое любимое «если я сюжет не понял, значит он умный и сложный». «Я не лох» как оно есть. Но крутон — это точно такой же поджаренный кусочек хлеба, что и гренка. Только гренка не может стоит восемь долларов, а крутон может. И только баран будет за эти восемь долларов искать в крутоне какой-то вкус, принципиально отличающий его от гренки. И еще больший баран его найдет.

Простой пример: девочка покупает спортивные штаны. Так это выглядит. В голове же девочки она покупает не штаны, она покупает спортивную фигуру, одобрение сверстников, внимание мальчиков, билет в здоровый образ жизни. Штаны здесь лишь удобная отправная точка, маркер, помогающий запустить процесс. И как только в массах за определенным типом товара или брендом закрепляется идея о нематериальном, статусном профите, который ты получаешь, приобретая товар этого типа или бренда, само потребление его становится статусным. Ты — то, что ты ешь. То, что ты потребляешь. И вот мы возвращаемся к нашим баранам.

Прохождение компьютерной игры — это такое же потребление, как просмотр фильма, чтение книги или поедание яблока. Разницы ноль, зеро. Более того, в случае видеоигр свою роль играет и тот факт, что кассу наиболее массовым проектам, мейнстриму делают вовсе не геймеры, для которых это основной досуг, а обыватели, которые играют в то, что продает им ААА-индустрия. Слаще морковки ничего не ели, короче. И не будут, поскольку это требует дополнительных усилий. Больше, чем нужно, чтобы купить разрекламированную игру от крупного издателя.

Этот момент усугубляется еще и тем, что степень вовлечения игрока в процесс огромна — книги и фильмы обладают вовлечением куда меньшим. И отождествление себя с главным героем игры, и погружение в окружающий мир — человек буквально принимает происходящее близко к сердцу. Поэтому, сталкиваясь с критикой понравившейся ему видеоигры, он принимает ее на свой счет не только потому, что он — то, что он ест, но и потому, что мир игры для него был неотличим от реальности, когда он в нее играл.

Отсюда же следует фанатичность поклонников Sony. Мало того, что благодаря покупке их консолей они получают доступ к эксклюзивам, которые, следуя концепции товарного фетишизма, наделяют какими-то волшебными характеристиками типа душевности. Сам факт того, что они могут играть, а другие не могут, в их голове уже выделяет их на фоне окружения, делает их якобы элитой. Причем, заметьте: какой эксклюзив от Sony ни возьми — все шедевры. Ну, по их заверениям. Detroit: Become Human, какой бы вторичной она ни была и как бы по-идиотски идеи не раскрывала — шедевр. Gays Done, будь она хоть сто раз дрочильней в открытом мире — шедевр. Готов спорить, Assassin’s Creed: Ghosts of Tsushima уже тоже шедевр — заочно.

В качестве проверки моей гипотезы предлагаю такой эксперимент: давайте дождемся выхода PS5. Ввиду ожидаемых проблем с обратной совместимостью, я готов спорить, что сообщество сонибоев моментально расколется на тех, кто купит новую консоль, и тех, у кого версии будут постарше. И первые будут клеймить нищебродами вторых, а вторые будут хаять бывшие совсем недавно шедеврами новые игры. Я готов поставить на это хорошие деньги.

Единственное, что мне не ясно — почему в подобных баталиях не участвуют фанаты Nintendo. Однако, их вообще особо не слышно и не видно. Дело, быть может, в том, что эта платформа всегда была несколько в стороне от игрового сообщества — не знаю. Здесь могут иметь место дополнительные факторы.

И небольшое заключение для тех, кого не роняли головой об пол в детстве. Когда вы говорите о «душевности», «глубоком и умном сюжете», «потрясающем стиле art deco» в игре, не подкрепляя свои слова ничем, кроме голого «потому что», вы выступаете как потреб… как товарные фетишисты. Когда речь идет не о критике, а о хейте или облизывании какого-то произведения вот просто потому что. Просто потому, что вам надо отстоять свои честь и достоинство, попранные критикой того, что вы хаваете. Ведь не может же человек вполне осознанно пойти и с удовольствием навернуть такого себе качества продукта, не потеряв при этом человечности. А уж тем более не может осознать, что навернул такого себе качества продукта, а даже и осознав не может признаться публично, что продукт — так себе. Так ведь?

Есть спор ради спора, а есть обсуждение, дебаты. Есть критика, а есть хейт (либо наоборот облизывание, но с точки зрения смыслового наполнения тут что то, что это — по Эскобару). Да, явление товарного фетишизма носит объективный характер, и массово его поменять можно только вместе с общественными отношениями. Но! Лично свое поведение человек может контролировать. Отделяйте оценочные характеристики от объективной реальности.

Tallinn out. Sla’ah Tr’douh!

Добавить комментарий